Может ли изменение судебной практики быть основанием для отмены окончательных решений — БП ВС
Здание в Симферополе, где до марта 2014 размещался головной офис компании «Черноморнефтегаз».
Применение ретроактивно к делу заявителя практики ВСУ, сформировавшейся после постановления в нем окончательных решений, было непредсказуемым и привело к юридической неопределенности.
Учитывая такое заключение Европейского суда по правам человека, высказанного в решении от 12.03.2026 по делу «Ващенко и Третьяк против Украины», Большая палата ВС отменила в части постановление ВСУ по делу №205/3280/14-ц, сообщает «Закон и Бизнес».
Этот спор касался увольнения заявителя с должности заместителя председателя правления по экономике и инвестициям ПАО «Государственное акционерное общество «Черноморнефтегаз».
Решением суда первой инстанции, которое оставил без изменений апелляционный суд, иск удовлетворен частично: отменен приказ об увольнении истца, взыскана задолженность по заработной платы, средний заработок за время вынужденного прогула и моральный вред. С этим согласился и Высший специализированный суд по рассмотрению гражданских и уголовных дел.
Однако Верховный Суд Украины эти решения отменил и принял новое — об отказе в иске. В частности, сославшись на то, что спорный приказ издан неуполномоченным лицом самопровозглашенной власти АР Крым, поэтому не порождает правовые последствия для ответчика.
Однако ЕСПЧ установил нарушение §1 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст.1 Первого протокола к ней, учитывая отмену окончательных и обязательных судебных решений. Ведь пересмотр предыдущих решений осуществлен ВСУ на основании сформировавшейся после их постановления практики.
ЕСПЧ напомнил, что право на справедливое судебное разбирательство по §1 ст.6 конвенции охватывает требование о том, что когда суды окончательно разрешили спор между соответствующими сторонами, их решение не должно подвергаться сомнению.
ЕСПЧ напомнил, что в постановлении от 2.09.2025 о приемлемости по делу «Вестра» и другие против Украины» он уже оценил указанный порядок пересмотра ВСУ, постановив, что он не был эффективным национальным средством юридической защиты. Ведь сам характер оснований, по которым он мог быть применен, порождал неопределенность: они полностью зависели от фактора, находящегося вне контроля сторон, а именно от грядущих гипотетических событий в практике, которые могли возникнуть в любой момент в течение одного года с даты принятия обжалуемого решения кассационного суда.
ЕСПЧ также отметил: ничто не свидетельствует, что отмена окончательных судебных решений по делу заявителя была обусловлена необходимостью исправления ошибки, которая имела действительно основополагающее значение для судебной системы, или обстоятельствами существенного и убедительного характера. Это было результатом обычного применения предписаний законодательства, которые позволяли на момент событий поставить под сомнение окончательные и подлежащие исполнению решения только по той причине, что дальнейшая практика указывала на другое решение вопроса.
Кроме того, ЕСПЧ отметил, что в результате отмены ВСУ окончательных и обязательных решений, принятых в пользу заявителя, он потерял или рисковал потерять в полном объеме или частично первично присужденное ему в денежной форме возмещение.