Когда смерть должника прекращает обязательство поручителя, скажет БП ВС
Чтобы не пропустить новости судебной практики, подписывайтесь на Телеграм-канал «ЗиБ». Для этого кликните на изображение.
Если законодатель не предусмотрел такого основания прекращения ипотеки как смерть должника по основному обязательству, тем более это обстоятельство не может повлечь за собой прекращение ипотеки, установленной другим лицом, при наличии наследников должника.
Такого мнения придерживается коллегия судей Кассационного гражданского суда, передавая на рассмотрение Большой палаты ВС дело №127/5081/23 для отступления от ранее сформулированного БП заключения, сообщает «Закон и Бизнес».
Коллегия судей считает, что обязательства должника по кредитному договору не являются неразрывно связанными с его лицом, а потому не прекращаются в результате его смерти. Если у должника по такому обязательству отсутствуют наследники, принявшие наследство (правопреемники), и наследственное имущество, то основное обязательство может быть прекращено по основанию, определенному ст.607 ГК (невозможностью его исполнения в связи с обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает). Однако по этому делу основное обязательство обеспечено ипотекой, поэтому может быть исполнено, в связи с чем положения ст.607 ГК не подлежат применению.
В то же время, договор между кредитором и лицом, предоставившим обеспечение обязательства другого лица ипотекой, может быть предусмотрен, в частности прекращение ипотеки в результате смерти должника. А при отсутствии такой договоренности ипотека не прекращается в результате смерти должника по основному обязательству, поскольку законодатель не предусмотрел такого основания прекращения ипотеки, независимо от наличия у должника наследников и наследственного имущества.
Также коллегия отметила, что, заключая договор ипотеки, ипотекодатель принимает на себя все риски, связанные с невыполнением обязательства должником (в пределах стоимости предмета ипотеки). Поскольку возложение на лицо, предоставившее обеспечение, этих рисков произошло по договору, заключенному ипотекодателем именно с кредитором, то все принятые риски должны полагаться на лицо, предоставившее обеспечение, и после смерти должника. Иное может быть предусмотрено договором между кредитором и лицом, предоставившим обеспечение, то есть освобождение последнего от таких рисков должно быть предметом специальной договоренности между ним и кредитором.
Коллегия КГС заключает, что положение ч.1 ст.523 ГК установлено законодателем в обязательственных отношениях и рассчитано на договорное изменение должника вследствие перевода долга (ч.1 ст.520 ГК), которое зависит от воли кредитора. Поэтому расширительное толкование этой нормы и распространение ее правила на все другие виды правопреемства недопустимо и неразумно. Такое распространение может быть установлено только законом.
В результате коллегия считает, что ч.1 ст.523 ГК не может распространяться на случаи замены должника при наследовании. Поэтому предлагает БП ВС отступить от своего заключения, изложенного в постановлении от 4.07.2023 по делу №570/3891/14 о прекращении ипотеки, установленной другим лицом в результате смерти должника по основному обязательству, и распространения на такие отношения ст.523 ГК.
Напомним, что схожие аргументы приводила объединенная палата КГС, передавая дело №570/3891/14 на рассмотрение БП ВС. Но тогда Большая палата не посчитала такие утверждения достаточно обоснованными и позволяющими сделать законное исключение из случаев правопреемства должника, которые по правилам ст.523 ГК могут быть основанием для прекращения поручительства или залога. Более того, отмечалось, что судебная практика по этому вопросу является постоянной и неизменной в течение значительного промежутка времени и отступать от нее БП ВС достаточных правовых оснований не нашла.