Лишение земли без компенсации и 19 дел, в которых Украина нарушила конвенцию, — обзор ЕСПЧ
Чтобы не пропустить новости судебной практики, подписывайтесь на Телеграм-канал «ЗиБ». Для этого кликните на изображение.
По общему правилу изъятие имущества без компенсации является непропорциональной мерой. Однако если заявитель не воспользовался механизмом компенсации, государство не может нести ответственность за отсутствие возмещения.
На это обратил внимание Европейский суд по правам человека в решении от 20.11.2025 по делу «Zvonar v. Ukraine», сообщает «Закон и Бизнес».
В этом решении ЕСПЧ констатировал отсутствие нарушения ст.1 Первого протокола к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку заявитель имел законодательно закрепленную возможность требовать возмещения средств и убытков на основании ст.216 ГК (правовые последствия недействительности сделки) и ст.661 ГК, был осведомлен об этом, однако таким механизмом не воспользовался..
В жалобе в ЕСПЧ говорилось о лишении заявителя права собственности на земельный участок в районе горнолыжного курорта Драгобрат. Земля была приобретена у районной государственной администрации, которая, как установили суды, действовала с превышением полномочий. Национальные суды установили, что земельный участок имел рекреационное назначение, а значит, распоряжаться им мог исключительно Кабинет Министров. Договор купли-продажи и право собственности заявителя были признаны недействительными.
ЕСПЧ подтвердил, что изъятие имущества составляло вмешательство в право на мирное владение имуществом, однако такое вмешательство было законным, осуществлялось в интересах общества и преследовало легитимную цель – восстановление законности. Кроме того, был соблюден справедливый баланс между интересами общества и правами заявителя, поскольку законодательство предусматривало возможность требовать компенсации стоимости этого земельного участка. Однако заявитель не подал соответствующего требования к национальным судам ни в производстве, возбужденном против него, ни в отдельном производстве. Какого-либо объяснения такому бездействию заявитель в своих замечаниях не предоставил.
Кроме этого дела, в обзор практики ЕСПЧ за ноябрь 2025 включено 20 других против Украины. В частности, констатированы нарушения по 19 делам, в т.ч.:
«Babenko v. Ukraine (№ 40453/16)»: непроведение эффективного расследования жестокого обращения и чрезмерная продолжительность уголовного производства – нарушение ст.3 конвенции (запрет пыток);
«Bezulya and others v. Ukraine» (№№40455/23 и 8 других); «Lemeshko and others v. Ukraine» (№№30989/24 и 6 других); «Kytsko and others v. Ukraine» (№№7937/24 и 7 других): ненадлежащие условия содержания под стражей и отсутствие эффективного средства правовой защиты в национальном законодательстве — нарушение ст.3 конвенции (запрет пыток);
«Mudrak and Raskin v. Ukraine» (№№29911/24, 30238/24); «Kraynyak and Gumenyuk v. Ukraine» (№12971/19): чрезмерная продолжительность содержания под стражей – нарушение ст.5 конвенции (право на свободу и личную неприкосновенность);
«Kozak and others v. Ukraine» (№№54738/13 и 2 другие): несоблюдение принципа независимого и беспристрастного суда, недостаточность дальнейшего судебного пересмотра при рассмотрении дела об увольнении судей за «нарушение присяги» — нарушение ст.6 конвенции (право на справедливый суд);
«Guyvan v. Ukraine» (№46704/16): обработка данных со служебного мобильного телефона заявителя его работодателем в контексте внутреннего расследования и отказ работодателя сообщить ему о собранных таким образом данных — нарушении ст.8 конвенции (право на уважение частной и семейной жизни);
«Sivka v. Ukraine» (№46247/15): взыскание пенсионных сумм, выплаченных по схеме досрочного выхода на пенсию, на которую заявительница якобы не имела права — нарушение ст.1 Первого протокола к конвенции (защита собственности).