Закон і Бізнес


Викорінення опернедоліків

«Має місце засміченість кадрів міліції морально нестійкими людьми»


Влада ХХ сторіччя, №13 (1000) 26.03—01.04.2011
2315

55 років тому, в 1956-му, під час реформи МВС СРСР було вжито серйозних заходів для посилення боротьби зі злочинністю. Проте, як з’ясував оглядач «Власти» Євген ЖИРНОВ, після цього кількість злочинів не тільки не зменшилась, а й почала стабільно зростати. 



«МВС СРСР виявилося неспроможним»

У тому, що реформувати МВС необхідно, не сумнівався ніхто з членів урядової комісії, яка в лютому —березні 1956 року перевіряла міністерство під час приймання справ його новим главою Миколою Дудоровим. Розуміли необхідність радикальних змін і самі співробітники МВС: за останні роки міністерство кілька разів об’єднували з держбезпекою, з відомства у відомство передавали різні служби, тому навіть через роки у складі МВС існували численні підрозділи з аналогічними функціями, але з різною підпорядкованістю. Найдивовижнішим прикладом подібного паралелізму виявилося те, що в кожній області одночасно існували управління МВС і управління міліції.
Така структура склалася після того, як у 1949 році міністр держбезпеки СРСР Віктор Абакумов наполіг на переданні міліції з МВС до МДБ. Потім, у 1953-му, відомства знову об’єднав Лаврентій Берія, а в 1954 році, після розділення на МВС і КДБ, міліція залишилася в Міністерстві внутрішніх справ, але систему управлінь в областях не змінили. Швидше за все, керівництво МВС, привчене до постійних змін, вирішило не бігти попереду паровоза і дочекатися рішення партії та уряду. Проте такого розгромного проекту, підготовленого урядовою комісією, не чекали.
Про діяльність колишньо¬го міністра Сергія Круглова і колегію МВС СРСР у ньому говорилося: «Бывший министр внутренних дел СССР т.Круглов, находясь продолжительное время у руководства министерством, не вникал глубоко в деятельность центрального аппарата и местных органов МВД, свыкся с крупными недостатками в их работе, в ряде случаев неправдиво информировал ЦК КПСС и правительство о положении дел в органах МВД. Коллегия МВД СССР, по существу, была отстранена от обсуждения многих важных во¬просов деятельности министерства, которые, как правило, решались министром единолично» (Тут і далі стилістичні особливості цитованих джерел збережені. — Прим. ред.).
З урахуванням того, що і боротьбу зі злочинністю визнавали в проекті постанови незадовільною, остаточний висновок був схожий на вирок: «Все это свидетельствует о том, что МВД СССР оказалось несостоятельным в выполнении поставленных перед ним задач».
Подібна категоричність урядової комісії не сподобалася багатьом членам президії ЦК КПРС, де ви¬рішувалися всі найважливіші питання життя країни. Якби постанову прийняли і тим більше опублікували, в радянських трудящих могло виникнути питання: як вартові порядку докотилися до такого життя? А головне, куди дивилася партія? Саме тому на засіданні президії членам комісії, включаючи міністра внутрішніх справ М.Дудорова, доручили доопрацювати проект і внести його на новий розгляд.
Зазвичай це відбувалося протягом кількох днів, максимум тижнів. Але вдосконалення постанови «Про великі недоліки в роботі Міністерства внутрішніх справ СРСР і заходи з їх усунення», а по суті, розробка реформи МВС розтяглася на кілька місяців.

«Оперативна робота поставлена погано»

Новий проект реформи, підготовлений до жовтня 1956 року, хоч і включав більшою чи меншою мірою пропозиції урядової комісії, за формою радикально відрізнявся від першого варіанта постанови. Тепер він називався «Про недоліки в роботі Міністерства внут¬рішніх справ СРСР і заходи щодо їх усунення». Проте під час обговорення на засіданні президії ЦК «недоліки» зникли з назви документа, і його вирішили назвати «Про заходи щодо поліпшення роботи Міністерства внут¬рішніх справ СРСР».
Так само радикально змінилась і вступна частина тексту. Початок, де говорилося, що «Министерство внутренних дел СССР на протяжении многих лет плохо выполняет свою основную функцию — обеспечение охраны общественного порядка в стране, допускает в этом деле крупные недостатки и ошибки», щоб зняти відповідальність із ЦК й уряду, замінили на такий текст: «Центральный комитет КПСС и Совет министров СССР отмечают, что за последние годы проделана большая работа по укреплению социалистической законности в стране. Приняты меры к строгому соблюдению прав граждан, гарантированных конституцией СССР. Восстановлен и усилен прокурорский надзор. XX съезд КПСС обязал все партийные и советские органы бдительно стоять на страже законности, решительно пресекать проявления беззакония, произвола, нарушения социалистического правопорядка. В деле дальнейшего укрепления социалистической законности и усиления охраны общественного порядка в стране важное значение имеет всемерное улучшение деятельности Министерства внутренних дел СССР, министерств внутренних дел союзных и автономных республик, а также краевых, областных, городских и районных учреждений внутренних дел. Однако эти учреждения еще не приняли всех необходимых мер к повышению качества своей работы».
А вину за зростання злочинності в країні поклали на Міністерство внутрішніх справ і місцеві радянські й партійні органи. Про МВС у постанові мовилось: «Оперативная работа по преду¬преждению и раскрытию преступлений поставлена плохо... Работа уголовного розыска находится в запущенном состоянии. Министерство внутренних дел СССР и министерства внутренних дел союзных республик не ведут должной борьбы с установившейся антигосударственной практикой, когда местные ¬учреждения внутренних дел в ряде случаев укрывают от учета совершенные преступления и часто необоснованно отказывают в возбуждении уголовных дел по заявлениям граждан».
Так само низько оцінювалася й робота з в’язнями, яка належала до компетенції МВС: «Министерство внутренних дел СССР и министерства внутренних дел союзных республик не обеспечивают выполнения важной государственной задачи — исправления и перевоспитания преступников и возвращения их к честной трудовой жизни. Работа по воспитанию за¬ключенных в духе строгого соблюдения советских законов и правил социалистического общежития, ¬честного отношения к труду, государственной и общественной собственности продолжает находиться на низком уровне. Трудовое использование заключенных в исправительно-трудовых лагерях организовано неудовлетворительно... Уголовно-бандитские элементы, пользуясь отсутствием надлежащей охраны и изоляции, создают в лагерях преступные группировки, участники которых совершают в местах заключения грабежи, убийства, побеги, нападения на работников мест заключения, провоцируют неповиновение заключенных администрации, ведут паразитический образ жизни».
Особливу оцінку заслужив кадровий склад міліції: «Неудовлетворительно поставлено дело подбора и расстановки кадров как в МВД СССР, так и в министерствах союзных республик. Во многих случаях на важные участки оперативной и следственной работы в милиции и на работу в исправительно-трудовых учреждениях назначаются лица без надлежащей подготовки. Значительная часть работников городских и ра¬йонных отделов, отделений милиции, а также участковых уполномоченных, начальников лагерных пунктов и отделений не отвечает предъявляемым к ним требованиям. Имеет место засоренность кадров милиции и лагерей морально неустойчивыми людьми».
Частка відповідальності покладалась і на місцеві власті: «Партийные и советские органы в областях, краях и республиках не осуществляют должного руководства работой учреждений внутренних дел по улучшению дела подбора и воспитания кадров личного состава, укреплению общественного порядка, по перевоспитанию заключенных и слабо контролируют практическую деятельность этих учреждений».

«По-справжньому візьмуться за викоренення вбивств»

Основні положення реформи, якщо відкинути ідеологічні штампи і заклики до єднання міліції з народом, передбачали досить обмежене коло заходів. Насамперед партія та уряд вирішили повернути досвідчених працівників міліції з керівної роботи на оперативну: «Высвободить из ¬управленческого аппарата и канцелярий квалифицированных работников и направить их на укрепление важнейших участков службы милиции, вменить в обязанность начальникам учреждений внутренних дел лично направлять и контролировать работу уголовного розыска».
Місцевим властям дали вказівку серйозно зайнятися поповненням лав міліції: «Обязать ЦК компартий союзных республик, крайкомы, обкомы КПСС и Министерство внутренних дел СССР укрепить кадры милиции и исправительно-трудовых колоний, подобрать и направить на работу в эти учреждения политически подготовленных коммунистов и комсомольцев; всемерно привлекать на работу в милицию и исправительно-трудовые ¬учреждения офицеров, сержантов и солдат, уволенных из Советской армии в запас. На работу в милицию принимать, как правило, лиц, имеющих образование не ниже семи классов средней школы».
Причому тим, хто пого¬джувався вчитися в школах міліції, давали значні пільги: «Принять предложение МВД СССР о комплектовании средних школ милиции из числа сотрудников МВД и лиц призывного возраста, имеющих среднее образование. Министерству обороны СССР снимать с военного учета лиц призывного возраста, принятых на учебу в школы и учебные пункты милиции».
Крім того, вартовим порядку пообіцяли давати квартири: «Госэкономкомиссии СССР предусматривать в годовых народно-хозяйственных планах на 1957—1960 годы выделение МВД СССР отдельной строкой капиталовложений на строительство жилой площади для работников милиции».
Але головне — міліцію вирішили реорганізувати і для поліпшення контролю підпорядкувати одночасно МВС і місцевим органам влади: «Считая неправильной существующую централизацию руководства мест¬ными учреждениями внутренних дел со стороны МВД СССР, а также деление на органы МВД и органы милиции, признать целесообразным реорганизовать управления МВД и управления милиции в областях и краях в единые управления внутренних дел исполнительных комитетов областных (краевых) советов депутатов трудящихся, а отделы (отделения) милиции в городах и районах преобразовать в отделы (отделения) милиции исполнительных комитетов городских и районных советов депутатов трудящихся. Установить, что начальники областных и краевых управлений внутренних дел, а также министры внутренних дел автономных республик одновременно являются начальниками милиции области, края, автономной республики».
А щоб правоохоронцям не заважала відсутність техніки і зв’язку, партія та уряд пообіцяли поліпшити оснащеність органів внутрішніх справ: «В целях дальнейшего улучшения работы милиции по борьбе с преступностью и по поддержанию общественного порядка признать необходимым улучшить оснащение милиции автотранспортом, средствами связи, а также оборудованием служебных помещений».
Проте всі ці пропозиції тьмяніли порівняно з тим, як збиралися реформувати систему покарань. Виправно-трудові табори замінювали колоніями, головною метою оголосили перевиховання злочинців, а не виконання виробничих планів: «Считать основной задачей исправительно-трудовых учреждений перевоспитание заключенных на основе приобщения их к общественно полезному труду... Установить, что лица, отбывшие наказание в местах за¬ключения, должны быть трудоустроены не позднее двухнедельного срока со дня прибытия их к месту жительства с учетом имеющихся у них специальностей. Местные советские органы обязаны в необходимых случаях предоставлять лицам, ¬освобожденным из мест за¬ключения, жилую площадь, а также заботиться о том, чтобы они быстрее включались в общественно-трудовую жизнь».
На додаток до цього в колоніях пропонувалося ¬ввести контроль наглядових комісій, створених при радах депутатів. Громадсь¬кість же мала контролювати процес дострокового звільнення засуджених. План реформи закінчувався патетично: «Центральный комитет КПСС и Совет министров СССР выражают уверенность в том, что партийные и советские органы, общественные организации и работники учреждений внутренних дел по-настоящему возьмутся за искоренение убийств, разбойных нападений, краж, хулиганства — этого нетерпимого зла в нашем социалистическом обществе, наведут необходимый общественный порядок и тем самым создадут нормальные условия жизни, труда и культурного отдыха советских людей».
Шкода, але в реальності все вийшло по-іншому.

«Порушено 814886 кримінальних справ»

У квітні 1958-го в МВС СРСР був підготовлений звіт про злочинність у країні в 1944—1957 роках. Причому цифри в ньому свідчили про те, що з 1955 року, коли МВС керував С.Круглов, показники значно погіршали. Якщо в 1955-му загальна кількість злочинів становила 554155, то в 1956-му — 717582. Звичайно, це можна було б пояснити тим, що з приходом нового керівництва злочини перестали приховувати від обліку. Але в 1957 році їх стало ще більше.
За деякими видами злочинів статистика була ще гіршою. Так, убивств і замахів на вбивство в 1955 році було задокументовано 8004, в 1956-му — 9670, в 1957-му — 12230. Згвалтувань у ті ж роки налічили 4882, 6993 і 10207 відповідно. За деякими видами злочинів, правда, після різкого зростання в 1956 році фіксували стабілізацію або навіть деяке зниження. Проте для того часу картина виглядала гнітючою, і від міністра внутрішніх справ М.Дудорова зажадали пояснень.
У звіті говорилось і про успіхи, досягнуті міністерством після зміни керівництва: «Общая раскрываемость преступлений в 1957 году составила 90,4% — на 2,3% больше, чем в 1956 году. В 1957 году милицией ликвидировано около 8000 разбойных, грабительских и бандитских групп, в которых участвовало свыше 20000 человек, по линии БХСС разоблачено 24000 организованных групп расхитителей социалистической собственности, спекулянтов и других преступников с числом участников 62211 человек. О социальной опасности таких групп можно судить по приводимым ниже примерам.
В Грузинской ССР ликвидирована бандитская группа Гигаури, совершившая ряд дерзких ограблений и убийств пассажиров рейсовых автобусов, а также краж из магазинов и домов в Ахметском районе Грузинской ССР. По делу арестовано 18 человек. В Армянской ССР ликвидирована бандитская группа Рафаэляна, совершившая в 1955—1957 годах несколько убийств и 7 вооруженных нападений на магазины в г.Ереване, во время которых было похищено более чем на 350000 руб. материальных ценностей и наличных денег.
Разоблачена группа расхитителей социалистической собственности в количестве 74 человек, занимавшаяся изготовлением граммофонных пластинок из похищенного сырья. Преступники действовали и реализовывали свою продукцию более чем в 14 городах Советского Союза. Только по двум предприятиям пластмасс местной промышленности г.Москвы преступники нанесли государству ущерб более чем на 2 млн руб.
Всего в течение года у разоблаченных органами милиции расхитителей и спекулянтов было изъято на 152708860 руб. различных товаров, ценностей и описано имущества на 166019788 руб.».

«Багато великих організованих розкрадань»

Але все-таки в доповіді визнавали, що ситуація складається не найкращим чином: «Несмотря на ряд мер, принятых милицией, а также местными партийными и советскими органами, по усилению борьбы с уголовной преступностью и охраны общественного порядка, преступность в стране продолжает оставаться высокой».
При цьому частину відповідальності за високий рівень злочинності переносили на саме населення СРСР: «Проводимых только МВД СССР мероприятий по улучшению деятельности милиции далеко не достаточно для решительного искоренения преступности в стране. Большинство уголовных преступлений совершается людьми с низким культурным уровнем, зачастую не имеющими никакой специальности; как правило, преступления совершаются лицами, находящимися в нетрезвом состоянии.
МВД СССР в первом полугодии проверило содержащихся в исправительно-трудовых учреждениях Свердловской и Калининской областей 2249 преступников, осужденных за хулиганство. Оказалось, что 73% этих лиц имеют низшее образование, 94,3% совершили преступления в нетрезвом состоянии, а среди убийц, содержавшихся в местах заключения в Свердловской области, 80% с низшим образованием, не имевших никакой специальности.
В ряде случаев пьянство приводит к тому, что преступления совершают люди, которых невозможно было ранее заподозрить в чем-либо предосудительном. В Чусовском районе Пермской области, например, секретарь комсомольской организации строительной школы №6 Главного управления трудовых резервов Целоусов, 1934 года рождения, будучи пьяным, похитил из школы малокалиберную винтовку с патронами, из которой затем 8 человек убил и 5 ранил. В г.Днепродзержинске бригадир слесарей предприятия «Укрвторчермет» Сридний, 1927 года рождения, в нетрезвом состоянии выстрелом из охотничьего ружья тяжело ранил своего соседа Коваленко, а затем, выйдя на улицу, открыл стрельбу по прохожим и ранил еще 17 человек».
Крім малограмотних і питущих людей, відповідальними за високий рівень злочинності в МВС уважали виробничі колективи: «Несмотря на явный вред и общественную опасность пьянства, борьба с этим злом ведется крайне слабо. Особенно неблагополучно обстоит дело с воспитательной работой среди рабочих, проживающих в общежитиях. Рабочие, проживающие в общежитиях облстройтреста (г.Сталино), строительного управления №5 треста «Шахтерскжилстрой» 2, 3 и 6-го шахтоуправлений, треста «Советскуголь» (г.Макеевка), в свободное от работы время предоставлены самим себе. Культурно-массовая и воспитательная работа среди них не ведется. В этих общежитиях неоднократно имели место коллективные пьянки, азартные игры, драки и поножовщина».
Погано, на думку МВС, працювали й організації, які тоді називали осередками культури. А організації, школи і саму молодь звинувачували у високому рівні дитячої та підліткової злочинності: «Обращает на себя внимание такой факт, что около 50% привлеченных уголовным розыском к уголовной ответственности составляет молодежь в возрасте от 12 до 25 лет; из общего числа привлеченных к уголовной ответственности 36742 человека состояли в комсомоле. Всего в 1957 году подростками в возрасте до 18 лет самостоятельно и при участии взрослых совершено 49780 преступлений. В целом по стране за год привлечено к уголовной ответственности неучившихся и неработавших 17957 подростков (33,9% к общему числу привлеченных подростков)...
Многие подростки, вы¬йдя из-под влияния школы, оказавшись без дела, становятся на преступный путь. Применяемые к подросткам меры уголовного наказания за совершенные преступления путем осуждения их к лишению свободы с содержанием в местах заключения в некоторых случаях являются нецелесообразными и не служат целям исправления и перевоспитания несовершеннолетних. Например, несовершеннолетние комсомолки Чухлебова и Клиндухова, работавшие нянями детских яслей №42 в г.Нижний Тагил Свердловской области, были осуждены к 1 году исправительно-трудовых работ только за то, что они похитили в этих яслях несколько дет¬ских игрушек».
А керівники торговельних організацій та кооперативних підприємств, як ви¬пливало з доповіді МВС, самі створювали умови для розкрадань: «На предприятиях, в организациях торговли, промысловой кооперации, местной промышленности и в сельском хозяйстве имеют место многочисленные случаи хищения социалистической собственности, спекуляции и взяточничества, причем совершается много крупных замаскированных организованных хищений сырья, материалов, готовой продукции и денежных средств за счет ухудшения качества продукции, обворовывания сдатчиков и поставщиков сырья. Наблюдаются многочисленные случаи обмана потребителей путем обмера, обвеса, обсчета в магазинах, ресторанах, ателье и в мастерских бытового обслуживания».

«Погано організовують агентурну роботу»

Крім усіх інших бід, відповідно до доповіді МВС статистику злочинності псували численні злочинці-гастролери і бродяги, особи яких через прогалини в законодавстві не завжди вдавалося встановити. З огляду на недосконалість законодавства в коло злочинців потрапляли ті, кого не мало бути серед судимих: «Произведенной МВД СССР проверкой 236 лиц, привлеченных к уголовной ответственности в Свердловской области за мелкие кражи и мелкие хищения, установлено, что среди них 59 колхозников, осужденных за хищение и кражи сена и соломы, совершенные ими вследствие того, что они абсолютно не имели кормов для скота, находящегося в их личном пользовании.
Так, колхозник деревни Рябни Сажинского района Свердловской области Мухин, 1908 года рождения, имеющий на иждивении 5 детей, работавший в колхозе с первых дней коллективизации и характеризовавшийся все время положительно, не имея кормов для своей коровы, совершил кражу одного воза соломы с поля колхоза, за что был осужден к 6 месяцам исправительно-трудовых работ. Колхозник деревни Бишково Красноуфимского района Свердловской области Гарипов, 1914 года рождения, член КПСС с 1950 года, депутат сельского совета, имеющий на иждивении 7 детей, также характеризовавшийся положительно, украл в феврале 1957 года для кормления личного скота с поля колхоза один воз сена, был привлечен к уголовной ответственности и осужден к 3 месяцам лишения свободы.
В связи с этим следовало бы ускорить рассмотрение вопроса об изменении уголовного законодательства и установить за некоторые преступные действия не уголовную ответственность, а меры административного и общественного воздействия».
Проте в доповіді МВС наводилися причини зростання злочинності, яких після постанови ЦК і Рад¬міну 1956 року не могло і не мало бути: «Значительное количество преступлений (до 25% от их общего числа) совершается лицами, ранее судимыми. Этому способствует то, что многие освобождаемые из за¬ключения лица, особенно не имеющие семей и жилья, испытывая затруднения в трудоустройстве, оказываются в тяжелом материальном положении и вновь становятся на преступный путь».
Претензії до самої міліції виявилися тими ж, що фігурували в списку суттєвих недоліків МВС під час приймання і передання справ у міністерстві: «Большая преступность в извест¬ной мере объясняется тем, что органы милиции все еще плохо организуют агентурную работу, недостаточно уделяют внимания подбору, изучению и воспитанию агентов, контролю за их поведением; допускают медлительность в агентурной разработке преступного элемента; мало предупреждают и не обеспечивают раскрытие всех совершенных преступлений; слабо используют имеющиеся силы и средства для борьбы с преступностью. Со стороны некоторых работников милиции допускаются нарушения социалистической законности: незаконные задержания, обыски граждан, укрытие от учета преступлений, необоснованный отказ в возбуждении уголовных дел, прекращение их без достаточных на то оснований и другие».
Власне, все це свідчило про те, що реформа МВС не дала очікуваних результатів. Але нічого дивного в цьому не було. У другій половині 1950-х років у країні почалася серйозна економічна криза (мали місце, по суті, і дефолт, і безробіття), яка і визначала рівень злочинності. Втім, як і під час інших радянських економічних криз. А ось структурні перетворення, зміна вивісок і кадрового складу правоохоронних органів ніколи і ні на що суттєво не впливали.

Євген ЖИРНОВ, «Коммерсант-Власть»