Закон і Бізнес


Денис Невядомский

Люстрация - очищение через жертвоприношение


Денис Невядомский - судья Киевского районного суда г.Харькова в отставке
4339

Как говорил колоритный персонаж из «Белого солнца пустыни» Абдула: «Кинжал хорош для того, у кого он есть. И горе тому, у кого он не окажется в нужное время».


Сама по себе люстрация (от лат. lustratio — очищение через жертвоприношение) является институтом переходной справедливости, направленной на преодоление негативных последствий прошлых тоталитарных коммунистических режимов, узурпации власти. Это механизм защиты молодой демократии, система мер, направленных на лишение государственной власти (возможности получить ее в течение определенного срока) чиновникам, которые массово нарушали фундаментальные права человека или возглавляли государственные учреждения, так же допускавшие такие грубые нарушения прав и свобод.

Так, после демократических революций конца 80-х-начале 90-х годов, люстрация стала распространена во всех посткоммунистических государствах и имела схожие элементы: запрет деятельности коммунистических партий (правда, позже этот запрет был признан неконституционным), открытие государственных архивов и архивов бывших спецслужб; опубликования списков секретных сотрудников спецслужб в коммунистический период; запрет таким лицам находиться на государственных и общественных должностях в течение определенного срока. Кроме того, люстрационное законодательство большинства государств предусматривало процедуру проведения проверки прошлого как чиновников, так и лиц, претендующих на занятие государственных должностей. При этом на указанных лиц была возложена обязанность предоставить правдивую информацию о своем сотрудничестве с бывшим режимом (если такое имело место). В этих странах люстрации рассматривали как процедуру квазиследствия, а потому для граждан, в отношении которых проводили проверку, были предусмотрены определенные права, например, право быть заслушанным на заседании соответствующей комиссии, право на вызов свидетелей, экспертов и т.д., то есть на них были распространены нормы уголовно-процессуального законодательства (пример люстрационного закона Чехословакии 1991г.).     Таким образом, люстрация в соответствии с европейскими стандартами не является наказанием по своей сути. Люстрация — это не поиск виновных, а санация государства, возможность срочно по объективным критериям определить доступ к государственной службе для тех, кто имеет на нее право.

Люстрация не является универсальным средством защиты демократии и европейских ценностей; она не может обеспечить усиление демократии; она не должна заменять структурные реформы, направленные на верховенство права и борьбу с коррупцией; она должна дополнять их как исключительная мера демократии, которая защищает себя до такой степени, чтобы придерживаться европейских стандартов, прав человека, верховенства права.

Так, резолюция №1096 Парламентской Ассамблеи рекомендует государствам-членам Совета Европы придерживаться таких принципов по внедрению люстрационных мероприятий: уголовные деяния, совершенные лицами при тоталитарных режимах, могут преследоваться и наказываться в соответствии с уголовным правом. В случае совершения деяний, которые не содержат признаков преступления, люстрационные меры должны быть совместимы с принципами демократического и правового государства, при условии соблюдения следующих критериев: а) соблюдение принципа индивидуальной вины, которая должна быть доказана в каждом отдельном случае; б) обеспечение права на защиту, презумпции невиновности и права на обжалование в суд. В случае, если государство, которое применяет люстрацию, является членом Совета Европы, признает и гарантирует применение Конвенции о правах человека и основных свободах, то решение ее органов относительно люстрационных мероприятий могут быть рассмотрены Европейским судом по правам человека на соответствие Конвенции. Так, в одной из балканских стран работало 600 судей. После революционных событий в порядке применения люстрационных процедур все 600 были уволены. Все они были восстановлены. За время их отсутствия набрали еще 600 судей. И теперь там работает 1200 судей.

В то же время, в украинских реалиях люстрация оказалась ответственностью sui generis (уникальная правовая конструкция), коллективной ответственностью за последствия управления государством.

Никаких мотивировок, никаких возможностей для защиты и донесения своей аргументации до люстрационных органов, наказание «по факту пребывания на должности», отсутствие индивидуального подхода, дискриминация, унижение человеческого достоинства, игнорирование конституционных требований и конвенционных обязательств по соблюдению принципа презумпции невиновности, юридической определенности, пропорциональности, четкости, предсказуемости, достижения легитимной цели законным путём. Все это превратило люстрацию из механизма защиты демократии на процесс «охоты на ведьм», оружие сведения политических и бизнес-счетов, что никак не соответствует принципам правового государства, к которым так стремятся молодые демократии. На указанные факты обращено внимание Венецианской комиссией в заключении от 16 декабря 2014 о том, что по люстрационному закону, лица, подпадающие под люстрацию, не имеют возможности доказать, что, несмотря на должность, которую занимали, они не участвовали в нарушениях и не принимали или не поддерживали антидемократические меры, что противоречит принципу индивидуализации ответственности, на котором должна базироваться люстрация. В понимании практики Европейского суда по правам человека статус лица, к которому применяется люстрационные процедуры приравнивается к статусу лица, обвиняемого в совершении преступления. В решениях Европейского суда по правам человека («Турек против Словакии») отмечено, что при рассмотрении дел о люстрации должны быть соблюдены все гарантии правовой защиты, предусмотренные Конституцией для лиц, обвиняемых в уголовном производстве и стандарты справедливого судебного разбирательства, основой которых является соблюдение принципа презумпции невиновности как сдерживания к недопущению преждевременного осуждения лица, в отношении которого осуществляется люстрация. К сожалению эти предостережения были проигнорированы постмайданной украинской властью. В результате вместе с водой выплеснули ребенка. Под революционный топор попали не только чиновники высшего звена, но и среднего, которые вообще не принимали решений, которые бы нарушали права граждан и не поддерживали антидемократических действий власти. Автоматическое лишение доступа к публичным должностям на 10-летний период всех лиц, проверка которых указала на некоторые нарушения, независимо от их характера и степени, является очевидно чрезвычайно радикальной мерой, несовместимой с принципами пропорциональности и легитимной цели, противоречит требованиям Руководства по люстрации 1996 года, которое предусматривают, что отстранение от должности на основе люстрации не должно длиться более 5 лет, поскольку не следует недооценивать способность человека к позитивным изменениям в поведении и привычках (подпункт «g» пункта 16). Украинское же государство в короткий срок собственными руками избавилось от большого количества специалистов, фактически не имея претензий к их компетентности и личной добропорядочности. А вакуум, заполнить специалистами, по крайней мере того же уровня, прогнозируемо не удалось. Освободившиеся должности были быстро заполнены теми, кто продемонстрировал приверженность новой власти или к конкретным ее представителям. Итак, задекларированная цель люстраторов изменить государственную систему клановости и протекционизма на цивилизованную демократическую западную, достигнута не была. Наоборот, по примеру системы компьютерной, государственная система перезагрузилась и, избавившись вирусов и вормов, укрепилась. Под благородными лозунгами очищения произошел антидемократический процесс, который привел к еще большему авторитаризму и попранию фундаментальных свобод граждан в государстве. Более того, целью европейской люстрационной процедуры была борьба с коммунистическим режимом, при котором происходили массовые репрессии политзаключенных и их расстрелы. Люстрации подлежали служащие, непосредственно массово нарушавшие права человека, или которые возглавляли учреждения, допускавшие такие нарушения, в том числе, права лиц, пострадавших от советских депортаций. «Режим Януковича» по степени нарушений прав человека и последствиям совершенных действий, безусловно не дотягивает до коммунистических тираний, чтобы использовать такой институт как люстрация, а факты узурпации власти и авторитарности режима так и не были доказаны в предусмотренном законом порядке. Таким образом, введенные Законом №1682 люстрационные меры могут рассматриваться лишь как установление презумпции коллективной вины в отношении людей, которые работали на государственной службе и в правоохранительных органах и выполняли свои функциональные обязанности во времена законно избранного Президента. По моему мнению, такая люстрация является инструментом сведения политических счетов и политических преследований.

К сожалению, находящийся в глубочайшем и беспрецедентном кризисе Конституционный Суд Украины, дискредитированный собственными решениями и внутренними дрязгами, возглавляемый одиозным Тупицким О.М., уличенным ЕСПЧ в грубейших нарушениях фундаментальных гражданских прав и основоположных свобод («Салов против Украины»),  вряд ли способен вынести справедливое и обоснованное решение по люстрационному закону. Даже несмотря на то, что недавно ЕСПЧ уже высказался по этому поводу достаточно категорично (единогласно!) в деле «Полях и другие против Украины», КСУ, рассматривая люстрацию больше четырех лет, а в последнее время чуть ли не каждую неделю, на какой-либо прогресс не сподобился.  Более того, новая украинская власть, получив голоса избирателей именно на контрасте с властью предыдущей, фактически продолжила ту же самую дискриминационную политику «папередников» в отношении люстрированных чиновников и даже подала абсолютно бесперспективную апелляцию в БП ЕСПЧ. Таким образом, становится очевидным, что юриспруденция вообще, и конституционное право, в частности, здесь не играют никакой существенной роли, а все решает «политическая целесообразность». Из этого следует ряд важных выводов. Первый. Отменить люстрационный закон станет возможным только при наличии политической воли руководства государства. Второй. КСУ в его нынешнем виде является клановым, законсервированным, политическим органом,  не способным на выполнение своих главных функций. Третье. Права и законные интересы граждан Украины все также приносятся в жертву интересам политических групп, а популизм, прикрывающийся европейскими ценностями служит разрушению государства и деградации общества.  Чем скорее украинский народ поймет, что его попросту обманули недобросовестные политики в своих корпоративных корыстных целях, тем больше шансов будет на выздоровление общества и государства.

P.S. Изложенное является личным мнением автора, построенном на детальном изучении Закона №1682, практики Европейского Суда по правам человека, решений Конституционного Суда Украины.

Закон і Бізнес