Закон і Бізнес


Защитный рефлекс.

Почему Тимошенко теряет уже второго адвоката?


№30 (1017) 23.07—29.07.2011
Алина Александрова
3017

На прошлой неделе Юлия Тимошенко лишилась еще одного защитника — судья Родион Киреев принял решение об удалении адвоката Сергея Власенко из зала суда до завершения рассмотрения дела. В результате команда экс-премьера пополнилась двумя новыми защитниками — Николаем Сирым и Александром Плахотнюком. «ЗиБ» задался вопросом: почему Юлия Владимировна одного за другим теряет своих адвокатов? Дело только в принципиальной позиции судьи или, возможно, тут есть какие-то тайные пружины?


Сдержанность адвоката, безупречность нардепа

Похоже, защищать Ю.Тимошен-ко — непростая задача: уже второй адвокат Юлии Владимировны досрочно «сходит с дистанции». Напомним, 10 июля Николай Титаренко написал заявление о невозможности предоставлять экс-премьеру профессиональную помощь из-за того, что ему не дали достаточно времени (он требовал 2 месяца) для ознакомления с материалами дела. И вот новая потеря. С.Власенко теперь тоже не сможет быть полноценным участником процесса.

Перед началом заседания (18 июля) между судьей и С.Власенко разгорелась перепалка. Р.Киреев пытался заставить адвоката сесть на место. Безрезультатно. «Вы должны выполнять распоряжение суда», — потребовал Р.Киреев. «А если председатель распорядится строить ему дом?» — парировал адвокат. Он пререкался со служителем Фемиды 20 минут, успев за это время заявить 8 протестов.

Р.Киреев отметил, что поведение адвоката «свидетельствует о его неуважении к суду» и принял решение об удалении С.Власенко из зала суда до завершения рассмотрения дела в связи с систематическим нарушением установленного порядка ведения судебного заседания. В определении суда говорится, что С.Власенко «постоянно злоупотребляет недостойными высказываниями в адрес суда». Кроме того, Р.Киреев вынес частные определения и направил их в Высшую квалификационную комиссию адвокатов (относительно возможного лишения С.Власенко свидетельства на право заниматься адвокатской деятельностью «в связи с ненадлежащим исполнением им должностных обязанностей») и в регламентный комитет Верховной Рады, поскольку С.Власенко «нарушает закон о статусе народного депутата».

Кстати, похоже, что для аннулирования адвокатского свидетельства С.Власенко основания есть. Очевидно, что своим поведением в суде он нарушил присягу адвоката и Правила адвокатской этики, согласно которым «адвокат должен избегать общения с судьей в любых формах, кроме предусмотренных законодательством по существу дела, которое рассматривается судом». Кроме того, по закону, адвокат не должен совершать действия, направленные на неоправданное затягивание судебного рассмотрения дела, в отношениях с другими участниками процесса должен быть сдержанным и корректным, реагировать на неправильные действия или изречения этих лиц в формах, предусмотренных законом, в частности в форме заявлений, ходатайств, жалоб и т.д.

Более того, адвокат даже не имеет права задавать вопросы в повышенном тоне, грубой, издевательской форме, унижать или задевать честь и достоинство других участников процесса. Видимо, получив статус народного депутата, С.Власенко запамятовал эти правила. Правда, и закон «О статусе народного депутата» Сергей Владимирович тоже слегка подзабыл. Ведь, кроме того, что народный избранник должен «придерживаться общепризнанных форм морали, всегда сохранять собственное достоинство, уважать честь и достоинство других народных депутатов, служебных и должностных лиц и граждан», он также не имеет права «привлекаться как эксперт органами досудебного следствия, прокуратуры, суда, заниматься адвокатской деятельностью».

Выйти из игры красиво?

Для чего же С.Власенко понадобилось нарушать законы и устраивать в суде скандальное шоу? Такое поведение не может не удивлять. Сергей Владимирович — известный юрист с большим опытом участия в судебных процессах. Неужели он не мог предположить, чем закончатся его действия в суде? Да и для чего вообще понадобилось скандалить с судьей в течение 20 минут? Возможно, это вписывается в имидж Юлии Владимировны, но не в образ серьезного юриста. Невольно возникает подозрение, что С.Власенко как раз и добивался того, чтобы его удалили из зала судебного заседания.

Кстати, не так давно один из из­вестных адвокатов в разговоре с автором этих строк недоумевал по поводу качества защиты в «газовом деле»: «Уровень защитников Ю.Тимошенко поразительно низкий. С.Власенко не специалист в уголовном праве, он занимался гражданским, хозяйственным, избирательным правом. Как он может вести такое сложное уголовное дело? Имя Николая Титаренко в адвокатском сообществе вообще неизвестно».

«Безусловно, любой адвокат должен иметь возможности, прежде всего опыт и знания, для того, чтобы защищать права своего клиента. Когда он отказывается от защиты, потому что ему якобы не дают почитать дело — значит, ему не место в адвокатуре. Возможно, это неопытность... Но если человек без достаточной подготовки берется защищать человека по серьезному делу, он нарушает одну из главных адвокатских заповедей: «Не навреди». В этом оплошность адвоката, который берется защищать человека, не имея для этого никаких данных. Он должен был предупредить клиента: «У меня нет знаний и опыта, необходимых для вашей защиты. Заключите лучше договор с другим адвокатом», — не называя имен, прокомментировал «ЗиБ» ситуацию известный адвокат, председатель ВККА, член ВСЮ Владимир Высоцкий.

Может, этим и объясняется странная «текучка» адвокатских кадров? Возможно, Н.Титаренко и С.Власенко просто понимали, что реально помочь своей подзащитной не могут (то ли из-за недостатка квалификации, то ли из-за бесперспективности самого дела), и предпочли выйти из дела под благовидным предлогом.

Примечательно, что, комментируя «газовое дело», С.Власенко редко высказывается по сути, почти не ссылается на доказательную базу, все его претензии в основном формальные. Более того, в последнее время он скорее выполняет функцию политического рупора Ю.Тимошенко, нежели квалифицированного юриста, его слова — калька заявлений босса. Судя по всему, С.Власенко начал подражать экс-премьеру и в манере поведения. Но на реальном судебном процессе эти навыки вряд ли пригодятся.

Кстати, собрав на днях пресс-кон­ференцию «Стратегия дальнейшей защиты Ю.Тимошенко», ничего внятного по этому поводу Сергей Владимирович сказать так и не смог. Дело ограничилось заезженными политическими штампами и обвинениями в адрес власти и судьи. Все, что С.Власенко смог сказать по поводу стратегии защиты Ю.Тимошенко, уместилось в одну фразу. «Мы должны заставить суд выполнять нормы УПК». Что ж, возможно, Сергей Владимирович действительно нашел красивый ход, чтобы выйти из игры. Ведь теперь стратегия защиты в суде — это забота его преемников — Н.Сирого и А.Плахотнюка.

В тему

Когда номер готовился к печати, с корреспондентом «ЗиБ» связалась бывшая жена С.Власенко — Наталья Окунская. Она сообщила, что, будучи недовольным исходом собственного бракоразводного процесса, С.Власенко подал иск об отказе от удочереения девочки, «которая, по решению суда, должна была остаться с ним, поскольку его родную дочь суд оставил с матерью». Женщина передала копии судебного решения, из которого следует, что в апреле этого года суд удовлетворил иск. В то же время обращаем внимание, что ст.13 закона «Об адвокатуре» обязывает лицо, наделенное таким высоким статусом, быть безупречным как в профессиональной деятельности, так и в частной жизни.

Комментарий

Владимир ВЫСОЦКИЙ Председатель ВККА, член ВСЮ:

— Если упомянутый адвокат действительно находился в суде в качестве адвоката, а не, скажем, народного депутата или специалиста в области права, то пос­ле поступления в ВККА заявления мы будем изучать степень его ответственности с учетом материалов, которые получим из суда. Только после этого можно делать какие-то выводы. А решать, лишать или не лишать адвоката лицензии, думаю, будет конкретная квалификационно-дисциплинарная комиссия адвокатуры, там, где конкретный адвокат занимается адвокатской практикой, включен в реестр и т.д.

Могу сказать, что неподобающее поведение адвоката в суде, недостойные высказывания в адрес судьи грубо противоречат закону «Об адвокатуре», Правилам адвокатской этики. С учетом обстоятельств дела и личности адвоката все это может привести к такой мере, как аннулирование свидетельства на право заниматься адвокатской деятельностью. Либо могут быть применены другие дисциплинарные меры, например приостановление действия свидетельства, предупреждение. Но поскольку такие действия подпадают под понятие «грубый проступок», это чревато суровым наказанием.