Закон і Бізнес


Тайна под штрих-кодом

Ярослав Романюк: «Не инструкцией должно определяться, каким требованиям призвано отвечать судебное решение»


№5 (1095) 02.02—08.02.2013
ЮЛИЯ ГАЙДИНА
7341

С 1 января 2013 г. вступил в силу приказ Государственной судебной администрации «О внесении изменений в Инструкцию по делопроизводству в апелляционном общем суде, Инструкцию по делопроизводству в местном общем суде и Инструкцию по делопроизводству в апелляционных и местных административных судах» от 25.09.12 №111. Основное предлагаемое изменение — введение в местных и апелляционных судах обязательного уникального штрих-кода процессуальных документов. Такая процедура должна была облегчить работу судей. Однако законники обратились в Совет судей, усмотрев в нововведении нарушение тайны совещательной комнаты.


Откуда дым?

На заседании ССУ рассматривались ­обращения судей судебной палаты по уголовным делам Апелляционного суда г.Киева и председателя Львовского окружного административного суда Виталия Тертичного. Законники просили внести ясность в вопрос об изменениях в инструкции. Потому что прошло меньше месяца с тех пор, как приказ ГСАУ вступил в силу, а проблем уже хватает.

Кроме того, в обращении столичных судей отмечается: «По нашему мнению, суть изменений, заключающихся в том, что оригинал судебного решения по делу должен иметь указанный уникальный штрих-код, который устанавливается автоматизированной системой документооборота, противоречит нормам процессуального законодательства и влечет за собой их существенное нарушение».

Подобная позиция изложена и в обращении председателя ЛОАС В.Тертичного, где объясняется, что на практике встает вопрос о применении штрих-кода, если суд в соответствии с ч.3 ст.161 Кодекса административного судопроизводства оглашает вступительную и резолютивную части постановления. «Постановление суда, которое содержит вступительную и резолютивную части, перед оглашением должно быть подписано всем составом суда и присоединено к делу. Штрих-код формируется автоматизированной системой документооборота суда после внесения текста процессуального документа в базу данных и его подписания. Эти действия совершаются судом в совещательной комнате. В то же время само постановление оглашается судом позже. Таким образом, содержание судебного решения до его оглашения становится известно лицам, имеющим доступ к системе документооборота суда. Указанное, по нашему мнению, не согласуется с требованием соблюдения тайны совещательной комнаты», — объясняется в обращении.

Инструкции не сработали

Конечно, ССУ не мог не отреагировать на такие обращения судей. Тем более что, как сообщил председатель совета Ярослав Романюк, они неединичны. К тому же члены ССУ разделяют мнение судей относительно «вредности» изменений в инструкции, действительно нарушающих тайну совещательной комнаты. «Получается, судья должен выполнять какую-то техническую функцию — присваивать штрих-код. При этом делать это он должен в совещательной комнате. А до того, как решение было оглашено, его нужно внести в систему, присвоив штрих-код. Пусть доступ к ней имеет крайне ограниченный круг лиц, но этот круг есть, соответственно есть возможность ознакомиться с текстом решения», — отметил председатель ССУ. Поэтому Я.Романюк ставит вопрос: «Не является ли это ничем иным, как разглашением тайны совещательной комнаты?»

Я.Романюка поддержала секретарь ССУ Татьяна Козырь, призвав собравшихся «называть вещи своими именами», то есть откровенно говорить о том, что выполнение внесенных ГСАУ изменений в инструкции нарушает тайну совещательной комнаты. «Тайна совещательной комнаты свято соблюдалась столетиями. А к компьютерам, как бы вы их ни защищали, доступ имели, имеют и будут иметь второстепенные лица. Даже в Пентагон доступ получили! — отметила Т.Козырь и добавила: — Обратились судьи с проблемой — нужно реагировать немедленно, а не давать ответ, подписанный заместителем главы ГСАУ, что нет никакого нарушения».

Заместитель главы ГСАУ Владимир Пивторак объяснил: «В этом году должны были разработать новую инструкцию по делопроизводству, чтобы она отвечала действующему законодательству». Но на практике получилось, вероятно, не так, как предполагалось.

Как в действительности работалось с нововведениями ГСАУ, рассказала на заседании ССУ председатель Печерского районного суда г.Киева, а с недавних пор руководитель Совета судей общих судов Инна Отрош. «Да, мы начали работать с штрих-кодами без возражений. Но количество изменений, предлагаемых ГСАУ!.. Я не успеваю их прорабатывать: то мы формируем единый номер, то уже — единый уникальный. А ежедневно в судах Киева рассматривается по 10—15 дел. В настоящий момент инструкция, которая, как предусматривалось, должна была бы облегчить работу судьи, только усложняет ее», — отметила председатель ССОС. Кроме того, И.Отрош подчеркнула: «Если не работает программа, суд лишен возможности выйти в совещательную комнату».

Достаточно критически и категори­чески высказалась по поводу ситуации заместитель председателя ССУ Раиса Ханова. «Я та судья, которая выполняет все ваши обязательства несмотря на их незаконность», — заявила она и поинтересовалась, почему ГСАУ не посоветовалась с ССУ перед подписанием приказа об изменениях в инструкции, вызвавшего столько недоразумений и трудностей. «Ваш приказ технически трудно выполнить, а еще — вы же вмешались в правосудие! — отметила Р.Ханова. — Хуже подарка, чем этот, перед съездом судей вы не могли сделать».

Вопрос относительно штрих-кодов вызвал шквал эмоций у членов ССУ. Поэтому после обсуждения совет принял решение, которым обязал ГСАУ привести в соответствие с нормами процессуального законодательства положения инструкций по делопроизводству в апелляционном общем суде, местном общем суде, а также апелляционных и местных административных судах. А выполнение этого решения проверит специально созданная ССУ рабочая группа.

Предусматривалось, что первое в новом году заседание ССУ будет посвящено обсуждению вопросов, касающихся организации и проведения съезда судей в феврале. Однако накопилось достаточно много важных вопросов, рассмотрению которых и посвятили встречу 25 января. Поэтому до съезда ССУ соберется еще 8 февраля.

Прямая речь

Ярослав Романюк, председатель ССУ:

— Апелляционный суд может в дальнейшем при процессуальной проверке указать: отвечает решение каким-либо требованиям или нет, а также отменить, вынести определение. Не инструкцией должно определяться, каким требованиям призвано отвечать судебное решение и при каких условиях и обстоятельствах оно вступает в законную силу. Хочется понять логику ГСАУ, которая, принимая саму инструкцию, осуществила ее государственную регистрацию в Министерстве юстиции, а вот внесение изменений в нее, и это практикуется, кстати, не первый раз, происходит без регистрации в Минюсте и без согласования с ССУ.

Виталия Положишник, заместитель главы ГСАУ:

— Судейский корпус говорит о проблеме нарушения тайны совещательной комнаты. Да, нам нужно усовершенствовать процесс. И мы это сделаем, так что система будет работать, как надо.

Татьяна Козырь, секретарь ССУ:

— Я пишу решение от руки, свято чтя тайну совещательной комнаты. Мы с судьями втроем шепчемся в совещательной комнате, и это моя принципиальная позиция. Что касается обращения судей Апелляционного суда г.Киева с просьбой отреагировать на проблему, думаю, весь коллектив киев­ской «апелляции» не может ошибаться. Здесь есть угроза независимости судей.

Инна Отрош, председатель ССОС, председатель Печерского райсуда г.Киева:

— Работа судьи только усложняется постоянными изменениями, и, соответственно, нарушаются разумные сроки рассмотрения дел. Это касается и штрих-кода, без указания которого судья вынес не решение, и не именем Украины. Получается так. К тому же изменение дает возможность работнику, имеющему доступ к системе, видеть решение судьи в черновом варианте.