Закон і Бізнес


Браконьеры Черного моря

ЕСПЧ сказал, когда спецконфискация не противоречит Первому протоколу к Конвенции


По суті, румунський суд конфіскував риболовецьке судно лише на підставі наявності на ньому мокрих снастей.

№48 (1450) 07.12—13.12.2019
Валентина МИХАЙЛОВА
1662

Признания браконьеров недостаточно для того, чтобы конфисковать судно. Необходимо строго соблюдать все процедуры уголовного разбирательства, чтобы изъятие собственности не вызвало претензий со стороны Европейского суда по правам человека.


Улов в чужих водах

В апреле 2010 года румынская береговая охрана обнаружила рыболовецкое судно под румынским же флагом. Поскольку команда первоначально отказывалась останавливаться, пришлось пригрозить открыть огонь. Только тогда экипаж выполнил приказ, и судно было подвергнуто пограничному контролю.

В ходе обыска какого-либо улова не обнаружили, но нашли рыболовное снаряжение с признаками недавнего использования. Кроме того, судно не имело разрешения на вылов рыбы в румынской исключительной экономической зоне на Черном море, а на судне не было журнала промысла.

Экипаж был обвинен в совершении уголовных преступлений, связанных с нарушением режима рыболовства в территориальных водах Румынии. Судно было доставлено в порт Констанца, и снасти, и судно были арестованы.

Командир экипажа по совету адвоката решил полностью признать свою вину и, таким образом, следовать упрощенной процедуре судебного разбирательства. Он пояснил, что использовал судно на основании устного соглашения с его владельцем. И хотя последний не знал, куда они направляются, по возвращении команда всегда информировала, где поймали рыбу. Владелец судна обычно расстраивался ,что они заходили в чужие территориальные воды, но все же выдавал премию за улов.

Сам владелец — гражданин Турции Эрол Яшар — представил письменное заявление о том, что судно, являющееся его собственностью, «задержано без его ведома в румынских территориальных водах». Он попросил вернуть ему все оборудование (включая рыболовные сети) и обязался никогда не входить в румынские территориальные воды или действовать против румынских законов. Он также представил разрешение на промысел в территориальных водах Турции.

Районный суд Констанци приговорил капитана к 2 годам лишения свободы условно, а также постановил изъять рыболовное снаряжение. Но судно приказал вернуть, поскольку не было четких доказательств того, что оно использовалось в чужих территориальных водах с ведома собственнику.

За ущерб дельфинам

Прокуратура подала апелляцию по вопросам права, утверждая, что капитан должен быть приговорен к уплате штрафа в размере 6000 румынских леев (около 33 тыс. грн.), поскольку это не первый случай нарушения им режима промысла. Также она потребовала конфисковать судно в качестве меры безопасности в соответствии с действующим законом.

В марте 2012 года апелляционный суд Констанцы частично удовлетворил жалобу. Правда, штраф на капитана накладывать не стал, но обязал суд первой инстанции пересмотреть свое решение в отношении специальной конфискации. Ведь владелец не был приглашен в заседание, а данная мера может существенно повлиять на его имущественные права.

При новых слушаниях адвокат Э.Яшара продолжал настаивать, судно было задержано вне румынских территориальных водах (в 42 морских милях от ближайшего берега). Следовательно, данное преступление вышло за пределы юрисдикции Румынии. Также владелец утверждал, что судно оснащено новейшими моторами и оборудованием, а его стоимость (800 тыс. евро) значительно превышает любой возможный ущерб от незаконного промысла.

Но суд был иного мнения. Он отметил, что судно находилось в пределах исключительной экономической зоны (200 миль). Кроме того, длина рыболовных сетей указывает, что судно непременно использовалось для незаконного промысла, и что без этого плавсредства рыболовный промысел был бы невозможен. Суд постановил, что не имеет значения, знал ли Э.Яшар о цели использования судна, потому что применение закона, предусматривающего конфискацию, не обусловлено субъективным отношением его владельца к совершенному преступлению.

Суд также постановил, что конфискация в форме денежного эквивалента в данном случае неприемлема, а применяемая мера соразмерна тяжести преступления и степени возможных последствий. В частности суд сослался на частые травмы дельфинов и других видов морской фауны, вызванные этим видом преступной деятельности.

Недоказанная добросовестность

Тогда Э.Яшар решил обратиться к более независимому арбитру и направил жалобу в Страсбург, ссылаясь на нарушение ст.1 Первого протокола к Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод. Но и здесь не нашел поддержки.

В решении от 26.11.2019 в деле «Yașar v. Romania» ЕСПЧ отметил, что национальные суды справедливо отметили, что мера конфискации не была применена в результате состязательной процедуры, поскольку заявитель не был вызван в суд. Что касается установления справедливого баланса между средствами, используемыми для предотвращения преступной деятельности, связанной с незаконным рыболовством в Черном море, и защитой имущественных прав заявителя, ЕСПЧ напомнил, что такой баланс зависит во многом от поведения владельца.

Новое разбирательство позволило Э.Яшару представить свои аргументы и доказательства, которые он посчитал необходимыми для защиты своих интересов. Более того, в ходе процесса не использовались никакие преюдициальные факты в ущерб его правам и интересам. Напротив, он мог доказать свою добросовестность, и это могло бы привести к реституции собственности (см., mutatis mutandis, дело «Yildirim v. Italy»).

Действительно, в соответствии с румынским законодательством, имущество, принадлежащие третьей стороне, может быть конфисковано только если она знала о цели иго использования преступником. Однако, было установлено, что заявитель должен был знать, что судно использовалось для совершения противоправных действий.

Чтобы прийти к такому выводу, суд кассационной инстанции придал значение тому факту, что у судна не было ни разрешения на рыбную ловлю, ни на использование рыболовного снаряжения. Наличие на борту снастей, использовавшихся специально для незаконного рыболовства, которые как утверждал Э.Яшару, принадлежат ему, являлось еще одним свидетельством его недобросовестности. Ничто в материалах дела не говорит о том, что румынские суды действовали произвольно при оценке доказательств, представленных заявителем.

В этом контексте ЕСПЧ счел уместным отметить, что заявитель не представил доказательств в отношении стоимости судна, которая, как утверждается, была во много раз выше любого возможного ущерба и того факта, что аренда судов была его единственным источником дохода. Хотя из-за высокой степени амортизации судно было в конечном итоге продано приблизительно за €1900.

Изложенное Суд признал достаточными для того, чтобы сделать вывод, что ввиду широких пределов усмотрения, которыми пользуются национальные власти в этой области, конфискация судна заявителя не налагает на него чрезмерного бремени. Соответственно, не было нарушения ст.1 Первого протокола к конвенции.